(умение отстаивать свои интересы, не ущемляя интересов окружающих)

1. Я имею право судить свои собственные поведение, мысли, эмоции и брать на себя ответственность за них.
2. Я имею право не давать никаких объяснений, извинений за свое поведение.
3. Я имею право судить, отвечаю я за проблемы других или нет.
4. Я имею право изменить свое мнение.
5. Я имею право делать ошибки и быть ответственным за них.
6. Я имею право сказать: «Я не знаю».
7. Я имею право быть независимым от доброй воли других.
8. Я имею право казаться нелогичным в принятии своих личных решений.
9. Я имею право сказать: «Меня это не беспокоит».
10. Я имею право на то, чтобы ко мне относились с уважением.
11. Я имею право иметь и выражать свои чувства и мнения.
12. Я имею право быть выслушанным и принятым всерьез.
13. Я имею право устанавливать свои собственные приоритеты.
14. Я имею право сказать «нет» не чувствуя себя виноватым.
15. Я имею право просить то, что я хочу.
16. Я имею право получить то, за что я заплатил.
17. Я имею право сказать «Я не понимаю».
18. Я имею право на одиночество.
19. Я имею право реализовывать свои права, не ущемляя при этом свободу других.

·         сверхличностная природа межличностных взаимоотношений;

·         возможность анонимных социальных интеракций;

·         возможность для реализации представлений и фантазий с обратной связью, включая различные варианты идентичности, социальных ролей; ·         вуайеристический аспект;

·         уникальные возможности поиска нового собеседника, отсутствие необходимости удерживать его внимание;

·         расширение возможностей для коммуникации в различных виртуальных группах, дающих возможность для получения определенного социального статуса;

·         неограниченный доступ к информации.По данным K. Young (1996), одной из первых исследовательниц данного явления, в сети более 90% интернет-зависимых  предпочитают использовать сервисы, связанные с общением. 

Рис. 1. Иерархия потребностей, по А. Маслоу

В виртуальном пространстве удовлетворяются (иллюзорно) практически все потребности иерархии Абрахама Маслоу: физиологические (например, бурные виртуальные романы, киберпорно, киберсекс); безопасность (и анонимность); принадлежность (к какой-либо виртуальной группе по интересам); любовь и уважение (между участниками определенного виртуального сообщества); самоактуализация (достижима в том числе возможностью иных самопрезентаций с актуальной обратной связью от респондентов). К симптомам-предвестникам интернет-зависимости K. Young (1996) относит:

·         навязчивое стремление постоянно проверять электронную почту;

·         предвкушение следующего сеанса «он-лайн»;

·         увеличение времени, проводимого «он-лайн»;

·         увеличение количества денег, расходуемых «он-лайн».

M. Orzack (1996) выделяет следующие психологические симптомы интернет-зависимости:

·         хорошее самочувствие или эйфория за компьютером;

·         невозможность остановиться;

·         увеличение количества времени, проводимого за компьютером;

·         пренебрежение семьей и друзьями;

·         ощущение пустоты, депрессии, раздражения вне компьютера;

·         ложь работодателям или членам семьи о своей деятельности;

·         проблемы с работой или учебой.

Тот же автор предлагает перечень физических симптомов интернет-зависимости:

·         синдром карпального канала (туннельное поражение нервных стволов руки, связанное с длительным перенапряжением мышц);

·         сухость в глазах;

·         головные боли по типу мигрени;

·         боли в спине;

·         нерегулярное питание, пропуск приемов пищи;

·         расстройства сна, изменение режима сна;

·         пренебрежение личной гигиеной.

Развитие интернет-зависимости, как и любой другой аддикции, проходит через следующие стадии:

1)  формирование аддикции;

2)  развитие аддикции;

3)  удерживание аддикции.

Автором было проведено исследование интернет-зависимости, материалом для которого послужил анализ 3500 анкет – тестов на интернет-зависимость. Выборка материала проводилась на личном сайте автора, размещенном в Интернете по адресу http://test.lvs.ru в период с сентября 1999 по сентябрь 2003 года. Сайт был проиндексирован поисковыми системами, ссылки на него имелись на многих медицинских Интернет-ресурсах и в системе баннерообмена, с 2001 года «зеркало» сайта с согласия автора исследования было размещено по адресу http://www.psyhelp.ru/psychiatry/iad_test.htm

Для опроса использовались состоящий из 20 вопросов тест для диагностики интернет-зависимости, разработанный ведущим исследователем проблемы Кимберли Янг (Young K, 1996), а также 20 дополнительных вопросов и 14 вопросов, касающихся личности респондента. Опросник был выполнен в виде программы, автоматически подсчитывающей количество набранных баллов и отображающей респонденту в окне обозревателя комментарий автора исследования.

По результатам анализа более чем 3500 анкет – тестов на интернет-зависимость, распространенность интернет-зависимости в русскоязычном секторе Интернета составила около 2% (см. на рис. 2), что коррелирует с данными разработчика теста K. Young, (1996) - 1-5% всех пользователей Интернета. 

Рис. 2. Распространенность интернет-зависимости.

Оказалось, что средний возраст в группе зависимых - 21 год (min – 14, max – 35), это может быть объяснено недостаточной развитостью саморегуляторных механизмов, способности контролировать эмоции, сдерживать импульсивное поведение, что в принципе характерно для лиц молодого возраста.

Половая принадлежность при интернет-зависимости роли не играет, этот вывод совпадает с данными исследований, проведенных университетом в Hertfordshire, Великобритания (Egger, 0., Rauterberg, M., 1996).

Имеет важное значение стаж пребывания в Интернете. Большая часть интернет-зависимых пользуется Интернетом более 2 лет (более 5 лет – 36.36%), что помогает дифференцировать проявления интернет-аддикции от интенсивного изучения открывшихся новому пользователю возможностей Интернета. Длительность наличия симптомов интернет-зависимости в данном исследовании не отслеживалась.

Неотъемлемой составной частью аддиктивной реализации является предвосхищение, то есть мысли о состоянии ухода от реальности, о возможности и способе его достижения. 96% интернет-зависимых, согласно полученным данным, «часто» или «всегда» «предвкушают» пребывание в сети.Интернет-аддиктам свойственно устанавливать приоритет на приобретение и/или поддержание  электронных взаимоотношений, а интернет-независимые предпочитают поддерживать в сети уже имеющиеся отношения. То, что Интернет предоставляет уникальную возможность для поиска собеседника, удовлетворяющего практически любым потребностям, является одним из ее аддиктогенных качеств. При малейшем разочаровании или неудовольствии в интернет-собеседнике можно прервать общение с ним/с ней и найти другого собеседника. Необходимо отметить, что виртуальные социальные контакты устанавливаются гораздо легче, чем реальные, чему способствуют анонимность, безопасность, большая открытость и легкость общения в Интернете.

Реальная жизнь вне пребывания в сети представляется интернет-аддиктам скучной, пустой и безрадостной: «всегда» - в 73% и «часто» - в 25% случаев. Личностная незрелость, несформированность жизненных целей и задач, отсутствие необходимости зарабатывать, а иногда даже жизненная пресыщенность (по Кемпинскому А., «невроз ex vacuo») может стать благодатной почвой для развития аддикции.

Рис. 3. Коморбидность со злоупотреблениями алкоголем,  наркотиками или любыми другими веществами, изменяющими состояние сознания в анамнезе.

Более трех четвертей опрошенных из группы «зависимых» дали положительный ответ на вопрос о наличии личностного опыта, связанного со злоупотреблениями алкоголем, наркотическими препаратами или другими веществами, изменяющими состояние сознания, в контрольной группе таких было 34,92%. Это подтверждает предположение о наличии полиаддиктивных проявлений (в данном вопросе речь идет о химических аддиктивных реализациях) у интернет-зависимых.

Рис. 4. Участники опроса, отмечавшие у себя суицидальные мысли.

На рис. 4 отображены данные о респондентах в группах, отмечавших у себя суицидальные мысли. Полученные результаты (86,11% положительных ответов в группе «зависимых» и 36,05% в контрольной группе) свидетельствуют о сочетании интернет-зависимости с эпизодами депрессий и подтверждают предположение об активации у интернет-аддиктов аутодеструктивного драйва вплоть до появления суицидальных тенденций. На рис.5 показана частота встречаемости онемения и боли в кисти руки -  одного из характерных проявлений негативных физических симптомов патологического использования компьютера.  

Рис. 5. Синдром карпального канала.

Рис. 6. Нарушения режима сна/бодрствования

Как показано на рис. 6, развитие аддикции рано или поздно приводит к изменению образа жизни, нарушению режимов сна/бодрствования и отдыха/нагрузки, в результате чего страдает не только производительность труда, но и физическое здоровье.

Таким образом, по аналогии с критериями патологического гемблинга по DSM-IV можно предложить следующие диагностические критерии интернет-зависимости:

А. Использование Интернета вызывает дистресс.

В. Использование Интернета причиняет ущерб физическому, психологическому, межличностному, семейному, экономическому или социальнуму статусу.

Имеется взаимосвязь с такими нехимическими аддикциями, как работоголизм и гемблинг.

Интернет-зависимость формируется у аддиктивно-предрасположенной личности в соответствии с динамикой, свойственной классическому аддиктивному процессу, или является новой аддиктивной реализацией у уже сформировавшегося аддикта. Группу риска составляют молодые мужчины (старше 21 года), продолжающие образование, не состоящие в браке, указывающие на наличие в прошлом аффективных расстройств и различного рода аддиктивных реализаций.

При длительном воздействии аддиктивного агента у интернет-зависимых возникают коморбидные состояния:

·         депрессивные расстройства различного регистра, в том числе с суицидальными тенденциями;

·         нарушения режима и качества сна;

·         цефалгии;

·         боли в спине;

·         синдром карпального канала.

Анализируя результаты данного интернет-опроса, а также многолетнего психотерапевтического опыта работы автора с интернет-зависимыми пациентами, основными чертами личности интернет-аддикта можно назвать следующие:

·         комплекс недостаточности (низкая самооценка, неудовлетворенность собой);

·         инфантильность;

·         эгоцентризм;

·         недостаточная ответственность;

·         низкая коммуникативность в повседневной жизни;

·         предпочтение в Интернете сервисов, связанных с общением;

·         склонность к колебаниям аффекта.

Для интернет-аддиктов наиболее характерны:

·         предвкушение аддиктивной реализации;

·         проблема контроля;

·         низкая критика к собственному состоянию;

·         нарушения социальной адаптации в реальной жизни.

При интернет-зависимости формируется классический аддиктивный континуум, поэтому, когда данный аддиктивный агент (Интернет) перестает оказывать желаемое действие, существует вероятность смены способа аддиктивной реализации на другие нехимические или химические аддикции.

Коррекция интернет-зависимости не может ограничиваться элиминацией данного способа аддиктивной реализации и требует длительного лечения психотерапевтом индивидуально или в группе. Точки приложения психотерапии зависимого поведения:

1)       низкая самооценка;

2)       плохая переносимость фрустраций;

3)       слабый контроль над импульсами.

Ведущим психотерапевтическим методом коррекции зависимого поведения общепризнанно считается когнитивно-поведенческая терапия (КПТ). Основные принципы КПТ:

1)       перед началом терапии врач рассказывает о методе и его особенностях;

2)       с пациентом заключается контракт на основе информированного согласия;

3)       врач постоянно наблюдает за поведением, мышлением, невербальными проявлениями (мимикой, позой, жестами) пациента и ведёт себя не директивно;

4)       пациент обязательно ведет дневник, куда записывает мысли, эмоции, описывает свое поведение в стрессирующих ситуациях.

Традиционно первые 4 сеанса происходит диагностика, с 5-го сеанса применяются поведенческие техники, с 10-12 сеанса – когнитивные техники. В среднем требуется 15-20 сеансов, а об эффективности психотерапии имеет смысл говорить не раньше, чем после 7-го сеанса.

Поведенческие техники направлены на обучение пациента таким способам поведения, которые исключают дискомфорт, неадекватную реакцию или болезнь, работая прежде всего с симптомом (например, зависимым поведением), считая симптом составной частью болезни. Когнитивные техники нацелены на видоизменение негативных или саморазрушительных автоматических мыслительных процессов или восприятия, прямо или косвенно отрицая, ставя под сомнение или реконструируя восприятие или понимание пациентами самих себя и своих жизненных ситуаций.

При необходимости к психотерапевтическому воздействию должна быть присоединена психофармакотерапия препаратами, снимающими психоэмоциональное напряжение (антидепрессанты из группы СИОЗС, нормотимики).

ЛИТЕРАТУРА:

1. Кемпински Антони. Психопатология неврозов. Варшава, 1975 - С. 258-259.
2. Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. Психосоциальная аддиктология -  Новосибирск: «Олсиб», 2001 – 251с.
3. Лоскутова В.А. Интернет-зависимость как форма нехимических аддиктивных расстройств: Дисс. … канд. мед. наук. - Новосибирск, 2004.
4. Маслоу А. Новые рубежи человеческой природы. - М.: Смысл. 1999.-425с.
5. Ellis A. Reason and emotion in psychotherapy// 1962. New York: Lyie Stuart.
6. King S. A. Effects of Mood States on Social Judgments in Cyberspace: Self Focused Sad People as the Source of Flame Wars// 1995.
7. Orzack, Maressa Hecht, Ph.D. Computer Addiction Services// 1996-2003. [WWW document]. URL http://www.computeraddiction.com 
8. Rheingold Howard A slice of life in my virtual community, Global networks: computers and international communication// MIT Press, Cambridge, MA, 1994.
9. Segal B., Korolenko C. Addictive Disorders in Arctic Climate// New Yourk, London: Haworth Press, 1990.
10. Young K.S. Addiction to the Internet: A case that breaks the stereotype// Psychological Reports. 1996. Vol 79(3; Pt. 1). Pp. 899-902.
11. Young K.S. Caught in the Net: How to Recognize the Signs of Internet Addiction - and a Winning Strategy for Recovery. NY e.a.: John Wiley & Sons. 1998.
12. Young K.S. Internet addiction: Evaluation and treatment of// Innovations in Clini­cal Practice: A Source Book / VandeCreek L., Jackson T. (Eds.) Vol 17. Sarasota, Fl.: Professional Resource Press/ Professional Resource Exchange. – 1999. Pp. 19-31.
13. Young, K. 1996. Internet Can be as Addicting as Alcohol, Drugs and Gambling// Presentation: “Pathological Internet Use: The Emergence Of A New Clinical Disorder,” by Kimberly S. Young, Psy.D., University of Pittsburgh at Bradford, Session 2127, 11:00-11:50 AM, Saturday, August 10, 1996, Metro Toronto Convention Centre, Exhibit Hall (D-14). 

За последние 10 лет в России отмечается значительный рост количества публикаций, посвященных диагностике и коррекции нехимических зависимостей (аддикций), что свидетельствует об увеличении интереса специалистов к данному вопросу.

Согласно классификации зависимостей, предложенной Ц. П. Короленко (1999), выделяют:

1) химические аддикции, где объектом зависимости является психоактивное вещество (алкоголизм, наркомания, токсикомания и т.п.);

2) нехимические аддикции, где объектом зависимости является поведенческий паттерн (патологический гемблинг, зависимость отношений, сексуальная, любовная зависимости, зависимость избегания, зависимость от траты денег, ургентная зависимость, работоголизм, интернет-зависимость и т.п.);

3) промежуточные аддикции, где непосредственно задействованы биохимические механизмы (зависимость от еды - переедание и голодание).

            Согласно E. Freedman (1992), существуют следующие признаки зависимого поведения:

1) предвосхищение зависимого поведения;

2) зависимое поведение продолжается дольше, чем ожидалось;

3) необходимость увеличивать продолжительность зависимого поведения, чтобы достичь того же эффекта;

4) повторяющиеся попытки сократить либо остановить зависимое поведение;

5) социальная или профессиональная активность страдают по причине зависимого поведения;

6) зависимое поведение продолжается, несмотря на социальные, профессиональные проблемы или проблемы с законом.

Подходы к терапии зависимого поведения базируются на постулате, что все аддикции имеют общие психологические механизмы, и коррекция любой зависимости не может ограничиваться элиминацией данного способа зависимого поведения (Короленко Ц., Дмитриева Н., 2001). Точки приложения психотерапии зависимого поведения: 1) низкая самооценка; 2)  плохая переносимость фрустраций; 3) слабый контроль над импульсами. Психотерапевтический подход требует длительного лечения индивидуально или в группе (на основе информированного согласия). Ведущим психотерапевтическим методом коррекции зависимого поведения общепризнанно считается бихевиорально-когнитивная терапия (БКТ). Цель терапии должна включать: повышение самооценки и самоосведомленности, усиление контроля над импульсами, увеличение стабильности межличностных отношений, а также социальную адаптацию.

            К сожалению, в большинстве случаев одного только психотерапевтического вмешательства оказывается недостаточно. Известно, что в патогенезе нехимических зависимостей играет определенную роль дефицит серотонина, симптомами которого являются тревога, сниженный фон настроения и компульсивность. Ингибирование реаптейка серотонина (Мосолов С. Н., 1996) приводит к следующим клиническим эффектам: ослаблению депрессивной и обсессивно-компульсивной симптоматики, тревоги, токсикоманической зависимости, болевого синдрома; подавлению агрессивного и суицидального поведения. Вышеуказанные эффекты являются основанием для применения антидепрессантов из группы селективных ингибиторов обратного захвата серотонина (СИОЗС) в лечении нехимических зависимостей.

Антидепрессанты из группы СИОЗС первого поколения, такие, как, например,  флувоксамин (Hollander E., DeCaria C.M. et al., 2000) или циталопрам (Zimmerman M., Breen R. B. et al., 2002) и другие, давно и успешно применяют в психофармакотерапии нехимических зависимостей. Недавно появились публикации о применении в терапии нехимических аддикций препарата из группы СИОЗС второго поколения эсциталопрама (Ципралекса) - аллостерического ингибитора обратного захвата серотонина, обладающего двойным действием на серотонин и, соответственно, антикомпульсивным, противотревожным и антидепрессивным действием.

ПАТОЛОГИЧЕСКИЙ ГЕМБЛИНГ

Патологический гемблинг (Каплан Г., Сэдок Б., 1999) определяют как устойчивое дезадаптивное поведение, связанное с участием в азартных играх. Его распространенность ~ 1% популяции (Grant J. E. et al., 2006), выявлена коморбидность со сниженным настроением, тревогой и алкогольной зависимостью (Grant J. E., Kim S. W., 2002).

J. E. Grant и M. N. Potenza (2006, США) провели 12-недельное исследование лечения эсциталопрамом патологического гемблинга с сопутствующей тревогой. Участники исследования приглашались для медикаментозного лечения с помощью газетных объявлений, состояние больных соответствовало критериям DSM-IV для патологического гемблинга с сопутствующей клинически подтвержденной тревогой (HAM-A >=14).

Дизайн исследования состоял из недельного плацебо-периода с последующим исключением плацебо-респондеров (30% редукции по обсессивно-компульсивной шкале Йеля-Брауна, модифицированной для патологического гемблинга (PG-YBOCS). Со 2-й недели пациенты получали эсциталопрам в дозе 10 мг, с 4-й недели (при отсутствии клинического улучшения) – 20 мг, с 6-й (при отсутствии клинического улучшения) - 30 мг. Средняя суточная дозировка эсциталопрама к концу исследования составила 25,4±6,6 мг. Динамика состояния определялась клинически, а также с помощью следующих оценочных методик: PG-YBOCS (обсессивно-компульсивная шкала Йеля-Брауна, модифицированная для патологического гемблинга), HAM-D (шкала оценки депрессий Гамильтона), HAM-A (шкала оценки тревоги Гамильтона), SDS (шкала самооценки Шихана), QOLI (шкала самооценки качества жизни) и других. В анализ было включено 13 пациентов в возрасте 21-75 лет. Выявлена коморбидность с социальной фобией (n=5; 38,5%), генерализованным тревожным расстройством (n=4, 30,8%), текущей никотиновой зависимостью (n=4, 30,8%), злоупотреблением алкоголем в анамнезе (n=4, 30,8%), большим депрессивным расстройством (n=2, 15,4%) и компульсивным шоппингом (n=2, 15,4%).

 Рис. 1 Редукция баллов по шкале PG-YBOCS и HAM-A у 13 пациентов с диагнозом «Патологический гемблинг» на фоне лечения эсциталопрамом.  

Редукция  тревоги по шкале HAM-A составила 82,8% (от 15,9+/-3,2 до 2,8+/-3,6). Анализ шкалы PG-YBOCS показал снижение игрового поведения (непосредственного участия в азартных играх) на 52,1%, уменьшение стремлений к игре/мыслей об игре – на 40,2%. Уровень функционирования пациентов по шкале SDS улучшился на 71,4%. Депрессивные симптомы по шкале HAM-D уменьшились на 68,5%, а общее качество жизни (QOLI) улучшилось на 66,7%. Таким образом, согласно результатам данного исследования, эсциталопрам эффективно воздействует на клинические симптомы патологического гемблинга и проявления тревоги.

КОМПУЛЬСИВНЫЙ ШОППИНГ

Компульсивный шоппинг впервые описал Э. Крепелин в 1915 г. В настоящее время по DSM-IV данное расстройство относят к рубрике «Расстройства контроля над импульсами, не классифицируемые в других рубриках». Компульсивный шоппинг характеризуется стремлением приобретать ненужные вещи, невозможностью остановиться, что приводит к выраженному дистрессу, нарушению социального функционирования и финансовым проблемам. Распространенность в популяции (США) - 2-8%, соотношение женщин и мужчин равно 9:1, выявлена коморбидность с аффективными расстройствами, иными расстройствами контроля над импульсами (Koran L. M. et al., 2003).

В 2006 году L. M. Koran et al. в США провели исследование применения эсциталопрама в лечении компульсивного шопинга. В течение 7 недель пациенты (23) получали эсциталопрам в суточной дозировке 10-20 мг. Респондеры (>= 50% улучшения по шкале Y-BOCS-SV, 69,6%) были рандомизированы и получали эсциталопрам или плацебо еще 9 недель. Выявлена коморбидность с большим депрессивным расстройством (21,7%).

Рис. 2 Редукция баллов по шкале Y-BOCS-SV и MADRS у 23 пациентов с диагнозом «Компульсивный шоппинг» на фоне лечения эсциталопрамом.  

Симптомы компульсивного шоппинга снизились на 57,4% - редукция баллов по шкале Y-BOCS-SV составила 14 баллов (с 24,4 в начале исследования до 10,4 в конце 7-й недели терапии). Уровень депрессии в начале исследования был невысоким – 8,9 балла (менее 12) по MADRS, в конце 7-й недели терапии эсциталопрамом составил 4,6 балла (редукция на 48,3%). Согласно выводам исследователей, эсциталопрам эффективно воздействует на симптомы компульсивного шоппинга.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Учитывая патогенетический механизм возникновения нехимических зависимостей, целесообразным представляется комбинированное использование бихевиорально-когнитивной психотерапии и серотонинергических препаратов. Недавние исследования, проведенные в США, доказали эффективность препарата с двойным действием на серотонин – аллостерического ингибитора обратного захвата серотонина – эсциталопрама (Ципралекса).

Литература:

1. Каплан Г. И., Сэдок Б. Дж. Клиническая психиатрия – М.: «Медицина», 1994.

2. Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. Психосоциальная аддиктология – Новосибирск: «Олсиб», 2001 – 251с.

3. Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. Социодинамическая психиатрия – Новосибирск:  Издательство НГПУ, 1999 - 420с.

4. Лоскутова В.А. Интернет-зависимость как форма нехимических аддиктивных расстройств: Дисс. канд. мед. наук - Новосибирск, 2004.

5. Мосолов С.Н. Основы психофармакотерапии – Москва: «Восток», 1996.

6. Freedman, Edith. The Addiction Process: Effective Social Work Approaches// Longman:New York. 1992.

7. Grant, Jon E.; Kim, Suck Won Effectiveness of Pharmacotherapy for Pathological Gambling: A Chart Review// Annals of Clinical Psychiatry, Vol.14, No.3, September 2002.

8. Grant, Jon E.; Potenza, Marc N.. Escitalopram treatment of pathological gambling with co-occurring anxiety: an open-label pilot study with double-blind discontinuation// International Clinical Psychopharmacology. Volume 21(4), July 2006, pp 203-209.

9. Hollander, Eri; DeCaria, Concetta M.; Finkell, Jared N.; Begaz, Tomer; Wong, Cheryl M.; Cartwright, Charles. A Randomized Double-Blind Fluvoxamine/Placebo Crossover Trial in Pathologic Gambling// Biological Psychiatry, 2000;47:813-817.

10. Koran L.M., Aboujaude E., Smith E.H., Gamel N. Escitalopram treatment of compulsive buying disorder: an open trial followed by double-blind discontinuation// P.8.044, S625-626.

11. Koran, Lorrin M.; Chuong, Helen W.; Bullock, Kim D.; Smith S.Christine Citalopram for Compalsive Shopping Disorder: An Open-Label Study Followed by Double-Blind Discontinuation// J Clin Psychiatry 64:7, July 2003.

12. Zimmerman, Mark; Breen, Robert B.; Posternak Michael A An Open-Label Study of Citalopram in the Treatment of Pathological Gambling// J Clin Psychiatry 63:1, January 2002.